Мозаики Нахума Гутмана в небоскрёбе «Мигдаль Шалом»

Первое высотное здание Тель-Авива – «Мигдаль Шалом Меир» (букв., Башня Шалом Меир) – было возведено в 1963-65 гг. на месте снесённой еврейской гимназии «Герцлия». Официальный адрес сооружения – ул. Эхад ха-Ам, 8. Данные о высоте и этажности разнятся. Например, по данным авторитетной в вопросах строительства компании Emporis, высота небоскрёба 130 м, а количество этажей – 36; ещё 4 этажа подземные. В здании 26 лифтов и 4 эскалатора [1]. Под башней «есть заготовки» для строительства станции метро. Помимо напрашивающихся в подобном здании оффисов, на верхних этажах расположены элитные квартиры, а внизу, в просторных холлах, открыты различные выставки. До середины 90-х годов в здании работал и музей восковых фигур по типу лондонского, но на местную тематику [2].

Создатели башни – братья Мордехай и Моше Меир (Mayer) – назвали её в честь своего отца, Шалома. Появление первого небоскрёба на Святой Земле ознаменовало превращение Тель-Авива в экономический и торговый центр страны, хотя само строительство сталкивалось с немалыми экономическими трудностями, для решения которых пришлось прибегнуть к помощи правительства, выкупившего несколько этажей. До появления в 1999 г. «треугольной» ( 169 м) и «круглой» (187 м) башен Центра Азриели небоскрёб оставался самым высоким в Израиле. С постройкой Центра Азриели закрылась обзорная площадка, располагавшаяся на высоте 126 м, и наблюдать за панорамой города сейчас «приходится» с вершины азриэльской «круглой» башни.

Планы разрушения гимназии возникли задолго до фактического сноса, поскольку это здание причудливой архитектуры стояло поперёк важной магистрали – ул. Герцль – и мешало транспорту. Ещё в августе 1944 г. в газетах появилось сообщение о том, что в соответствии с планом развития Тель-Авива ул. Герцль будет продлена до моря в сторону новых кварталов. Строительство «Мигдаль Шалом» решило проблему – машины свободно проезжали под небоскрёбом, но горожане были возмущены. Снос школы инициировал появление общественного движения за сохранение культурного наследия, символом которого стало её изображение.

Скажем несколько слов о гимназии. «Ивритская школа-гимназия для мальчиков и девочек» была создана в 22 октября 1905 г. супругами Йегудой и Фани Матмон-Коэн и располагалась в соседнем яффском квартале Неве Цедек. Это было первое в мире учебное заведение, где преподавание всех предметов велось на иврите. При наборе в 1905 г. в гимназию записалось 17 человек – больше желающих получить образование на библейском языке не нашлось. Место для строительства нового здания было выбрано в центре первого тель-авивского квартала Ахузат Баит на ул. Герцль. Школа получила новое название – «Герцлия» в честь венского журналиста, писателя и драматурга, основателя Всемирной сионистской организации и провозвестника еврейского государства Теодора Герцля (1860-1904). Здание спроектировал архитектор Йосеф Барский (?-1943), один из первых выпускников иерусалимской художественной школы Бецалель. Эту работу он делал под руководством профессора Бориса Шаца (1866-1932), основателя Бецалеля и поклонника так называемого «стиля историзма». В работе Барского прослеживалось влияние существовавшего тогда представления о фасаде Храма царя Соломона: две колонны парадного входа школы символизировали колонны у входа в Храм – Боаз («сила», ивр.) и Иахин («он укрепит», ивр.), а выступы на углах башен – повторяли форму рогов жертвенника [3].


Гимназия «Герцлия»

Башня «Шалом Меир»

По поводу расположения здания шли бурные дискуссий. Победили сторонники одного из основателей Тель-Авива, М. Шейнкина (1871-1924), считавшего, что школа должна стоять поперек улицы, обозначая границу города, выделяясь из других домов, и, «всякий, кто будет проезжать на поезде, остановит свой взгляд на гимназии» (поезд Яффа – Иерусалим пересекал ул. Герцль вдоль соседней ул. Иегуда ха-Леви). Учебный год 1910 г. начался уже в новом здании, а на своё нынешнее место на ул. Жаботинский, неподалёку от тель-авивской мэрии, школа переехала уже более 50 лет назад.

В 1959 г. здание гимназии было разрушено, и на его месте появился небоскрёб, вошедший в то время в первую десятку высоток Европы [4]. Башня отразила веяния архитектуры 1960-х годов: функциональность, простоту, преобладание прямых линий и минимум украшений (архитекторы Ицхак Перельштейн (1913-1981) и Гидеон Зив). Первоначальной проект предполагал разбивку площади, из центра которой должен был вырасти цилиндр небоскреба. Но этот проект не был утвержден – время площадей ещё не пришло («отцы города» усматривали в них препятствие для движения транспорта) [5]. Здание «Мигдаль Шалом» встало поперек улицы, как и гимназия. Однако использование новых технологий позволило построить небоскрёб в виде моста, чтобы транспорт мог свободно двигаться под ним. С инженерной точки зрения были возведены два отдельных здания, соединенные друг с другом проходами, начиная со 2-го этажа и выше.Для удобства находящихся в здании офисов, торгового центра и различных постоянных и временных выставок были предусмотрены центральное кондиционирование помещений, скоростные лифты, подземная автостоянка на сотни машин. Внизу был открыт первый в Израиле магазин «Кольбо» по международным стандартам. Магазины «Кольбо» (букв. «всё в нём», ивр.) существовали с 30-х годов, но такого, ещё не было. Название супермаркета «Кольбо Шалом» стало заменять официальное название всего здания (с тех пор назначение помещений часто менялось).

Одна из достопримечательностей башни – расположенная в вестибюле настенная мозаика израильского художника, графика и писателя Нахума Гутмана (1898-1980). Особенностями творческого стиля этого мастера были резкие линии, яркие краски и, в то же время, мягкие цветовые переходы, напоминавшие творчество французского художника Рауля Дюфи (1877-1953) [6]. В 1960-е годы Н. Гутман жил и работал в Италии, осваивая мозаичное дело. Он охотно откликнулся на предложение Мордехая Меира украсить лобби небоскрёба и выбрал для панно четыре цвета, символизирующих четыре этапа в истории Тель-Авива-Яффо. Сами панно были изготовлены в Равенне, Италия, и позже установлены в здании.


Мозаики Нахума Гутмана (верхний снимок – [7])

Первое (левое) панно – так называемое, «зелёное». Здесь показана старая Яффа с карабкающимися друг на друга домиками, караванами верблюдов и рыбацкими лодками. Пароход, пришвартованный в гавани, салютует тель-авивским мальчишкам и несёт им привет из далёкой Европы. Яффа окружена апельсиновыми рощами и погружена в идиллическую атмосферу чарующего сада. Деревья изображены как зелёные арки, напоминающие хвосты павлинов. Мы замечаем араба, стоящего на краю бассейна, ослика, крутящего «антилию» – водяное колесо для полива, – и женщин, несущих кувшины с водой на головах.

Второй фрагмент – это «жёлтая стена», посвящённая пескам, на которых вырос новый город. Все изображения и персонажи словно взяты из трогательной книги самого художника «Маленький город, и людей в нём немного» («Ир ктана ве анашим ба меат») (1959). Мы видим платан, под сенью которого было излюбленное место для пикников, оросительные трубы, часто дававшие протечки на радость местным птицам, здание гимназии, и держащего зонтик местного доктора, сиониста-билуйца, Хаима Хисина (1865-1932), верхом на белом ослике. На бульваре Ротшильда садовник поливает чахлое деревце по форме напоминающее семисвечник-менору. Лошадь будущего мэра Меира Дизенгофа (1861-1936) ведут на водопой, а его жена, Зина (урожд.Бреннер) (1872-1930), сидит в гостиной с самоваром. На стыке «зелёной» и «жёлтой» мозаик видна группа эмигрантов «второй алии», покидающих гавань со своей поклажей и направляющейся в еврейские кварталы.

Третья мозаика – «красная». Она отражает Палестину времён Британского мандата. Это центр всей композиции. Мы видим первый городской фонарь на ул. Герцля и людей в изумлении стоящих под ним, задрав голову. Примечательна группа «халуцим», везущих тележку с песком для выравнивания дюн под строительство. Это три разных типажа. На переднем плане немолодой новичок – мужчина в соломенной шляпе. Он успел немного загореть, а сегодня впервые осмелился снять майку, подставив солнцу нетронутые загаром грудь, спину и плечи. Второй – это бледный юноша, очевидно студент, в неподходящей случаю одежде и обуви. Возможно, он первый день на работе, однако его нос, торчащий из под очков, уже успел обгореть. Третий – это загорелый ветеран в арабской «кафии», пример для новых репатриантов. Евреи всегда любили музыку. Мы видим скрипача и пианистку, дающих домашний концерт и окружённых слушателями. Возможно, это родители нынешней владелицы так называемого «Дома Рокаха» скульптора Леи Маджаро-Минц. Её отец, врач, настоящая фамилия которого была Маджарович, играл, бывало, под балконом своей возлюбленной, дочери главы яффского квартала Неве Цедек Шимона Рокаха (1863-1922) (Л.Маджаро-Минц – внучка Ш.Рокаха). Слева трудится на стройке смуглокожий еврейский юноша, по-видимому, йеменского происхождения с лицом аскета. Другой мужчина декламирует стихи, его зачарованно слушает женщина, держащая поэтический сборник. Женщина – это актриса Ханна Ровина (1892-1980), а мужчина – поэт Ури Цви Гринберг (1896-1981). Рядом, в конце освещённой дорожки виднеется здание гимназии «Герцлия». Рабочий повесил  рубашку сохнуть на время обеденного перерыва, в то время, как его товарищи, сидя в тени, перекусывают «калорийной пищей» тех дней – арбузом.

Четвёртая мозаика – «синяя». Она посвещена развитию Тель-Авива в 30-е – 40-е гг. К этому времени город вышел за рамки «маленького», столь любимого Н. Гутманом. В 1925 г. в городе было 34 тыс. жителей, а в 1936 г. – уже более 120 тыс. 12 января 1934 г. Тель-Авив официально получил от британских властей городской статус, оставаясь формально до этого районом Яффо, в котором жило примерно 70 тыс. Появились новые улицы, дома и даже «еврейский» порт, отделившийся от «проблемного», в связи с частыми арабскими волнениями, яффского (1938), мост через реку Яркон и др. На мозаике женщина обнимает город своими руками, но рукав её платья – чёрного цвета. Мы видим вылетающие оттуда самолёты, рассказывающие о двух итальянских бомбардировках в годы Второй мировой войны, в том числе самой страшной, 9 сентября 1940 г., когда в ходе воздушной атаки погибло 137 человек. Однако «душой» города оставались первый квартал «Ахузат Баит» и гимназия «Герцлия», изображённые художником в напоминающем сердце ярком жёлтом пятне в центре панно.

Напротив мозаики Н. Гутмана находится второе мозаичное панно (1996). Его автор – Давид Шарир (род.1938), уроженец Тель-Авива. Называется оно «Тель-Авив. Второе поколение». Обе мозаики сделаны в городе Равенна, причем вторая – дело рук сына мастера, собравшего первую, гутмановскую, за 30 лет до этого [8].

Источники:

1. Tel Aviv – Yaffo’s tallest buildings – Top 20. – http://www.emporis.com/statistics/tallest-buildings-telavivyaffo-israel. Дата обращения: 13 апреля 2012.
2. Мигдаль “Шалом Меир”, Тель-Авив. – Записная книжка Ёжика (с хвостиком), http://users.livejournal.com/yozhik_/67602.html. Дата обращения: 15 апреля 2012.
3. Аркадий Таль. Гимназия Герцлия и первый небоскреб Тель-Авива. – http://www.isracity.com/tel-aviv/history/gimnasia.htm. Дата обращения: 13 апреля 2012.
4. См. [2]
5. См. [3]
6. Гутман Нахум. Электронная Еврейская Энциклопедия (http://www.eleven.co.il/article/ 11347).
7. Israel May 1995 – Tel Aviv – Mosaic mural. – http://www.flickr.com/photos/harold_stern/315836000/.
8. См. [2]

Добавить отзыв