Крестовый монастырь (Monastery of the Cross)

Святая обитель Честного Креста в Иерусалиме, по преданию, построена на месте, где праведник Лот посадил три посоха, оставленных ангелами патриарху Аврааму, и из этих посохов выросло триединое дерево, из которого был изготовлен Животворящий Крест. О посещении монастыря часто просят грузинские паломники, поскольку в средние века монастырь был духовным центром Грузии на Святой Земле. Здесь, возможно, был похоронен поэт Шота Руставели (конец XII – нач. XIII вв.). Сейчас обитель принадлежит Иерусалимской Греческой Патриархии, храм с молитвенным залом превращён в платный музей, а в остальных помещениях расположен дом паломника, либо в них проводится реконструкция. На втором этаже посетителям доступна историческая трапезная. Там же можно видеть и действующий храм XIX (?) века, куда обычным туристам вход воспрещён

Монастырь Св. Креста

Монастырь находится на ул. Шота Руставели в парке Рехавия в долине Креста (ивр. Эмек ха-Мацлава), приблизительно в двух километрах к западу от Старого города, рядом со зданием Кнессета (1966), которое тоже стоит на участке земли, арендованном у греческого православного Иерусалимского патриархата.

Согласно палестинской версии (см. напр. Ibrahim Matar), земля, на которой построено здание еврейского парламента, находившаяся до 1948 года на территории деревни Шейх Бадр (Sheikh Bader), ранее принадлежала семье шейха Али Халафа (Sheikh Ali Khalaf) из деревни Лифта (Lifta). Обе деревни были покинуты жителями в январе 1948 года. Утверждается, что в 1969 году газета Едиот Ахронот опубликовала интервью с шейхом, который в то время жил в иерусалимском районе Гив’а Царфатит (англ. French Hill), и, в ходе интервью, он будто бы показал журналистам нотариально заверенный акт собственности на землю, на которой стоит Кнессет.

По-арабски, Крестовый монастырь называется Дерелем Муссалабен (Derelem Mussalaben). По одной из гипотез, обитель была построена в ходе поездки в Иерусалим матери императора Константина I Св. Елены (St. Helena, Flavia Iulia Helena Augusta; ок. 250 – ок. 330), что не подтверждается её житием и другими источниками. Согласно другой, монастырь основал император Юстиниан I (Justinian I, Iustinian I, 527–565), а ещё одна, говорит об императоре Ираклии (Heraclius, 610–641). Утверждается, что Ираклий заложил монастырь на месте лагеря, который он разбил в Иерусалиме, вернувшись из похода в Персию (629). В ходе этого похода Ираклий вернул в Иерусалим Животворящий Крест, захваченный персидским царём Хосровом II (Khosrow II, Chosroes II, 591—628) в 614 году.

То, что монастырь появляется в раннюю византийскую эпоху подтверждается церковной традицией, остатками напольной мозаики и письменными источниками, в числе которых – двенадцатитомная «История Иерусалимского Патриархата» (History of the Patriarchate of Jerusalem) патриарха Досифея II (Dositheos, Patriarch of Jerusalem, 1669–1707), опубликованная посмертно в 1715 году, где Досифей свидетельствует, что Юстиниан построил в Иерусалиме монастырь; об этом же говорит и современный францисканский источник «Land of the Promise» (2010).

Однако греческая версия возникновения обители неединственная, и опирается она, в основном, на сохранившиеся фрагменты византийских мозаик. Впрочем, мозаики в то время заказывали в специальных мастерских, поэтому схожие рисунки можно, к примеру, видеть во дворе богатой виллы в Кесарии Палестинской (т. н. «мозаика птиц»), в еврейских домах Лидды (Лода), на полу разрушенного персами в 614 году армянского храма на территории Елеонского Спасо-Вознесенского монастыря РПЦЗ на Масличной горе и др. Подобная мозаика могла вполне оказаться и в грузинском монастыре, поскольку альтернативная греческой грузинская версия подтверждается традицией, летописями, житием святых и т. п.

По грузинской традиции участок на месте Крестового монастыря получил в дар/приобрёл у императора Константина I Великого (Constantine the Great, 306 – 337) царь Мириан (Mirian III of Iberia, 318–360), который построил здесь маленький храм. В середине V века этот храм был обновлён и расширен монахом Петром Ивером и/или царём Вахтангом Горгасали.

Пётр Ивер (Peter the Iberian, ок. 411 – 491), епископ Маюма (или Майума), около Газы, грузинский царевич, единственный сын царя Босмариоса, первоначально носил имя Мурван (Мурваназ). В 423 году он был послан политическим заложником в Константинополь, где получил глубокое философское, теологическое, медицинское образование под покровительством императрицы Евдокии (Aelia Eudocia Augusta, ок. 401 – 460), жены Феодосия II (Theodosius II, Theodosius the Younger, 408 – 450), впоследствии попавшей в опалу и сосланной в Палестину. Затем он отправился в паломничество в Иерусалим вместе со своим учителем Митридатом, где принял монашество под именем Петра, а Митридат — под именем Иоанна. В Палестине Пётр Ивер занимался философско-теологической деятельностью, и параллельно – врачеванием. В 430 году он основал грузинский монастырь в Вифлееме и назвал его «Грузинский монастырь». В 445 году принял священство, в 452 году несколько месяцев был епископом Маюмы. Открыл больницу и лично принимал больных, пока христиане не были оттуда изгнаны местным правителем, после чего Пётр переехал в Египет, но затем вернулся на Ближний Восток.

Mirian III of Iberia
Фреска царя Мириана из Крестового монастыря (зарисовка епископа Тимоте Габашвили, 1758 г.)

Сохранились две версии жития П. Ивера: сирийская, написанная его учеником Иоанном Руфом (John Rufus), епископом Газы, по-гречески, около 500 г. (перев. VIII в.), и грузинская, созданная современником Петра Захарием Ритором (Zachariah Rhetor), епископом Митилены (город на острове Лесбос), сохранившаяся в рукописи XIII в.

Vakhtang I Gorgasali 001
Фреска царя Вахтанга I Горгасали из Крестового монастыря (зарисовка епископа Тимоте Габашвили, 1758 г.)

После исхода в Маюму Петр мало общался с соотечественниками. На это повлияли и решения Халкедонского (Халкидонского, IV Вселенского) собора (451). В те годы, после осуждения Православной Церковью ереси Нестория, разделявшего естества в Сыне Божием, появилась новая ересь, проповеданная Константинопольским архимандритом Евтихием. В противоположность Несторию, Евтихий сливал два естества в Сыне Божием. Евтихий получил поддержку Александрии со стороны Епископа Диоскора, преемника св. Кирилла Александрийского. Собор для суждения об этой ереси был созван императором Маркианом и императрицей Пульхерией в Халкедоне, в Вифинии (совр. Кадыкей, Турция). Число участников собора было значительным – 630 епископов. Собор торжественно провозгласил, что в Иисусе Христе две природы, божественная и человеческая, каждая – совершенная и особенная, соединены в одной ипостаси Слова, второго Лица Троицы, познаваемого «в двух природах неслитно, непревращенно, неразделимо, неразлучимо».

Peter_the_Iberian_2
Пётр Ивер

В то же время, многие восточные церкви и иерархи остались верными версии о единой природе Иисуса Христа (после соединения его божественности и человечества). По-видимому, и Петр Ивер оказался в лагере противников решений Халкедонского собора, по крайней мере это следует из слов И. Руфа и других источников. Не исключено, правда, что затем Пётр признал постановления собора и вернулся к православию, так же как вернулась к православию и его покровительница Евдокия, с которой он поддерживал связь до конца её жизни.

Отход Петра Ивера от православия, пусть и временный, мог способствовать тому, что греки до сих пор замалчивают грузинскую версию возникновения монастыря. Оказавшись в его главном храме несведущий паломник может искренне удивиться, увидев грузинские надписи на фресках.

Есть специалисты, считающие, что Петр Ивер до своей кончины оставался антихалкидонцем, а его грузинское житие, пера З. Ритора, было впоследствии исправлено. Например, Корнелия Хорн (Cornelia Horn) и Роберт Феникс (Robert Phenix), в предисловии к книге «Жития Петра Иберийского, Феодосия Иерусалимского, и преподобного Романа» (The Lives of Peter the Iberian, Theodosius of Jerusalem, and the Monk Romanus), отмечают, что Грузинская церковь, вследствие гонений на христианство, в результате захвата Сирии арабами, а также войны с персами, склонилась к принятию Халкедона только в 583 году. В 606 году грузинский Католикос Кирион II (Kyrion II) утвердил это решение. Житие Петра Ивера было переписано для соотечественников так, чтобы показать его ревностным сторонником Халкедона. Труды Петра, как представителя антихалкидонского лагеря остались жить в Египте и Сирии, но на просторах от Грузии до Константинополя и Палестины даже его яркая личность покорилась насильственному утверждению официальной доктрины Юстинианом I (Cornelia Horn, Robert Phenix, p. LVIII – 58).

Приведём фрагмент из грузинской версии жития Петра Ивера, где говорится о Халкедонском соборе:

 «34. В те дни окончилось царствование Феодосия Младшего (Феодосий II – И. Ц.) и занял царство Маркиан (Marcian, 450–457 – И. Ц.). Он созвал четвертый собор, в Халкедоне, из 630 отцов, которые утвердили два естества Христа, так как отверженные севериане и якобиты (течения в миафизитстве: учении о нерасторжимом единстве Богочеловеческой природы Иисуса Христа – И. Ц.) не признавали двух естеств во Христе, равно как воплощения Его от Святой Богородицы. Тогда блаженный Кирилл Александрийский (Cyril of Alexandria, ок. 376 – 444, т. е. скончался за 7 лет до Собора – И. Ц.) и все Святые отцы отлучили якобитов и прочих еретиков, которые неверуют в два естества Христа и вочеловечение Его от Богородицы.

35. Царь Маркиан отправил одного царедворца в Палестину, чтобы изгнать еретиков из их страны; но так как нечестивые были весьма многочисленны, то они сильно сопротивлялись: завязалась между ними борьба, и многое множество православных погибло от руки мерзких еретиков, но в конце концов нечестивые были побеждены.

36. Однажды, начав служить, святой Петр видел, как приходили святые ангелы и с большим торжеством возносили на небо к Господу души православных, которые были сражены еретиками; он видел также, как души еретиков спускались в преисподнюю ада. Петр видел все это для того, чтобы научить свою паству правой вере и укрепить сомневающиеся и маловерные души…»

По-видимому, фигура Петра Ивера, единственного наследника царя, была столь редкой и значительной для палестинского монашества, что его имя поднималось на флаг самыми разными течениями христианства, и докопаться до истины здесь очень трудно.

Важно, что вокруг Иерусалима и в других местах Святой Земли остались основанные Петром Ивером и разрушенные в ходе персидского нашествия (614) грузинские монастыри. Их руины, в частности, можно видеть в иерусалимских пригородах Бир эль-Кутт, Бет-Сафафа, Умм Лейсун и др.

Согласно грузинской традиции царь Вахтанг Горгасали (Vakhtang I Gorgasali, ок. 440–502) также участвовал в строительстве Крестового монастыря (Джвари), где до XIX века существовало его изображение (прав. энц.). По словам историка В. Хурцилавы (Besik Khurtsilava) царь Вахтанг, возможно, помогал своему родственнику П. Иверу средствами, а также обустроил земли вокруг обители и оставил гарнизон для её охраны в иерусалимском районе Малха (Malha). После арабского завоевания Палестины в конце 630-х годов, жители этого и других населённых грузинами районов Иерусалима, таких как, к примеру, Катамон, постепенно потеряли язык и вероисповедание, но продолжали именоваться гурджами (известный восточный термин для обозначения грузин).

Персидское нашествия (614) и захват страны арабами прервали историю Крестового монастыря, а природные катастрофы, такие, как  потрясшее Иорданскую долину и Иерусалим землетрясение 18 января 749 года, довершили его разрушение. В середине XI века монастырь отстраивается греческим монахом грузинского происхождения Прохором (св. Прохор Грузин, St. Prochorus of Georgia).

Св. Прохор был представителем знаменитого рода Шавтели и с детства воспитывался в монастыре. В Иерусалим он прибыл в сане иеромонаха и подвизался в Лавре прп. Саввы Освященного, а затем по благословению своего духовного отца Евфимия (Грдзели) начал восстанавливать «обитель близ Иерусалима, называемую Грузинским Крестовым Монастырем», став её ктитором.

За пределы стен Старого города Иерусалим начал выходить только в 1850 году, поэтому находящийся в 2 км западнее, Крестовый монастырь, можно было считать стоящим «близ Иерусалима».

Vakhtang I Gorgasali's Tomb
Могила царя Вахтанга I в храме Светицховели в Мцхете

Несмотря на то, что о св. Прохоре осталось мало сведений, грузинские исследователи и ученые приблизительно определили, что Прохор родился в 985–990 гг., вместе с братом принял постриг в монастыре Цкаростави на юге Грузии, в 1010–1015 гг. уехал в Иерусалим, до 1025 года пребывал в лавре прп. Саввы Освященного, а в 1066 году преставился в возрасте 76–81 года.

Помимо Крестового, Прохор построил в Иерусалиме гостиничный дом Ксенадук для паломников из Грузии. Предание приписывает ему возведение и других иерусалимских храмов, в частности, нынешнего кафедрального собора Армянского патриархата: Храма Свв. Иаковов, расположенного в центре армянского квартала Старого города.

На восстановления монастыря св. Креста царь Баграт IV Курапалат (Bagrat IV of Georgia, 1027–1072) сделал св. Прохору богатое пожертвование. Прохор выстроил обитель в том виде, в каком она дошла до нас, кроме колокольни, надстроек и библиотеки, датируемых  XIX веком. Он собрал в монастыре 80 монахов и оставил им устав, подобный типикону Лавры прп. Саввы Освященного. В конце жизни, оставив в монастыре настоятелем своего ученика Георгия, святой Прохор в сопровождении двух учеников отправился в пустыню Арнона и вскоре мирно преставился к Господу (согл. Православному календарю и историку В. Хурцилаве).

Bagrat_IV
Царь Баграт IV (худ. П. И. Иоселиани, 1853; https://en.wikipedia.org)

В Крестовом монастыре прежде находилась и икона св. Прохора и сщмч. Луки Иерусалимского, которая затем была продана греками на аукционе, возможно, для покрытия долгов обители. Так она попала в Грузию, где сейчас её можно видеть в кафедральном патриаршем храме Грузинской православной церкви Светицховели (Svetitskhoveli Cathedral) в Мцхете.


Икона Свв. Прохора (XI) и Луки Иерусалимского (1277)

На западной, противоположной алтарю и ныне чистой, стене храма раньше находилась и ещё одна фреска, зарисовка которой, сделанная в 1845 году учёным Николозом Чубинашвили, представлена внизу. На ней изображены грузинские цари Мириан (IV в.), Вахтанг Горгасали (V в.) и Баграт Курапалат (XI в.), с именами которых грузинская историческая традиция связывает различные этапы строительства монастыря.

Зарисовка фрески с изображением грузинских царей: Мириана, Вахтанга Горгасали и Баграта Курапалата

По всей видимости, начиная со второй половины XIX века часть старинных грузинских фресок была отслоена со стен, и многие попали в частные коллекции. Всего 3 фрагмента хранятся в Грузии. Один в Мцхете и два в Сионском храме в Тбилиси. В 1990-е годы их выкупили меценаты – грузин Иосиф Орджоникидзе (род. 1948) и грузинский еврей Бадри Патаркацишвили (1955–2008), и передали в подарок Патриарху-Католикосу Илии Второму. Большинство же фресок пропало бесследно: они либо в частных руках, либо в различных музеях мира.

На территории обители указывают место, где росло дерево, из которого был изготовлен Животворящий Крест (о дереве известно из церковной традиции и текста на сирийском языке). История «крестного древа» начинается во времена Авраама и связана с явлением св. Троицы в образе трёх Ангелов у Мамврийского дуба:

«И явился ему Господь у дубравы Мамре, когда он сидел при входе в шатер, во время зноя дневного. Он возвел очи свои и взглянул, и вот, три мужа стоят против него. Увидев, он побежал навстречу им от входа в шатер и поклонился до земли, и сказал: Владыка! если я обрел благоволение пред очами Твоими, не пройди мимо раба Твоего; и принесут немного воды, и омоют ноги ваши; и отдохните под сим деревом, а я принесу хлеба, и вы подкрепите сердца ваши; потом пойдите; так как вы идете мимо раба вашего. Они сказали: сделай так, как говоришь» (Быт.18:1-5).

Затем Ангелы отправились в Содом, но оставили Аврааму три посоха. После того, как Содом и Гоморра были уничтожены, Лот, укрывшись в пещере с двумя дочерьми, сам того не желая, стал виновным в кровосмешении:

«И вышел Лот из Сигора и стал жить в горе, и с ним две дочери его, ибо он боялся жить в Сигоре. И жил в пещере, и с ним две дочери его. И сказала старшая младшей: отец наш стар, и нет человека на земле, который вошел бы к нам по обычаю всей земли; итак напоим отца нашего вином, и переспим с ним, и восставим от отца нашего племя. И напоили отца своего вином в ту ночь; и вошла старшая и спала с отцом своим: а он не знал, когда она легла и когда встала. На другой день старшая сказала младшей: вот, я спала вчера с отцом моим; напоим его вином и в эту ночь; и ты войди, спи с ним, и восставим от отца нашего племя. И напоили отца своего вином и в эту ночь; и вошла младшая и спала с ним; и он не знал, когда она легла и когда встала. И сделались обе дочери … беременными от отца своего, и родила старшая сына, и нарекла ему имя: Моав. Он отец Моавитян доныне. И младшая также родила сына, и нарекла ему имя: Бен-Амми. Он отец Аммонитян доныне». (Быт.19:30-38)

Совершив грех, Лот в ужасе бежал и поселился в местности Вад-эль-Муалапе (Oad-el-Moualape), где молился и просил у Бога прощения. Спустя некоторое время Лот обратился к Аврааму, спрашивая совета, как искупить свой грех. Авраам передал племяннику оставленные посохи, посоветовав посадить их в окрестностях Иерусалима, поливать водой Иордана, и, если посохи расцветут, то это будет означать, что Господь  даровал  прощение.

Лот посадил и поливал посохи, и, наконец, они расцвели и превратились в тройное дерево – кедр, сосна и кипарис. По приказу царя Соломона это дерево срезали для строительства храма, но не воспользовались им.

По другой легенде, дерево продолжительное время находилось в водах иерусалимской купальни Вифезда (греч. κολυμβήθρα), упомянутой в описании чуда исцеления Иисусом Христом расслабленного у Овчих ворот (Ин 5. 2-9).

Согласно Священному Преданию, из этого дерева был сделан Крест, на котором распяли Иисуса Христа. Говорят также, что первосвященник Каиафа, руководивший осуждением Христа (Матф. 26,57; Иоан. 18, 13), приказал сделать крест из этого дерева, полагая, что на уродливом искривлённом кресте Христос будет мучиться сильнее.

Напомним, что смерть на кресте считалась унизительной:

«Христос искупил нас от клятвы закона, сделавшись за нас клятвою – ибо написано: проклят всяк, висящий на древе, – дабы благословение Авраамово через Христа Иисуса распространилось на язычников, чтобы нам получить обещанного Духа верою. (Гал.3:13-14)


Лот поливает посохи

Лот посадил и поливал посохи, и, наконец, они расцвели и превратились в тройное дерево – кедр, сосна и кипарис, одновременно. Согласно легенде, первосвященник Каиафа, руководивший осуждением Христа (Матф. 26,57; Иоан. 18, 13), приказал сделать из этого дерева крест, полагая, что на уродливом искривлённом кресте Христос будет мучиться сильнее. Напомним, что смерть на кресте считалась унизительной:

«Христос искупил нас от клятвы закона, сделавшись за нас клятвою – ибо написано: проклят всяк, висящий на древе, – дабы благословение Авраамово через Христа Иисуса распространилось на язычников, чтобы нам получить обещанного Духа верою. (Гал.3:13-14)

Согласно греческим источникам, главный храм (католикон, кафоликон) Крестового монастыря изначально был освящён в честь Благовещения пресв. Богородицы и значительно позже – в честь равноап. Царей Константина и Елены и Воздвижения Честного Креста. Это трёхнефная базилика с одним главным куполом и тремя малыми. Её внутренние размеры 15.50 х 14.24 м. Такой тип с VII века встречается во многих областях Византийской империи, что важно для датировки обители; в Палестине это единственный храм подобного стиля. Напомним, что византийские и древнерусские трёхнефные храмы обычно имели три апсиды: главную, где размещался алтарь, и две малые: слева (к северу) от главной, назывемую протезис (prothesis), где находился жертвенник, и справа (к югу) от главной, именуемую дьяконник (diaconicon) или ризничная.

Нынешний вид монастырь принимает в XI веке, когда упомянутый св. Прохор восстанавливает разрушенную обитель, которая заселяется монахами с Афона. Многие фрески появляются и обновляются в 1644 году, тогда же чинится главный купол. В XIX веке обновляется иконостас, В XIX веке обновляется иконостас, строятся колокольня, надстройки и библиотека.

Подробное описание фресок и росписей приводит в книге «The Monastery of the Holy Cross in Jerusalem» греческий монах, а позже – известный иерусалимский археолог Вассилиос Цаферис (Vassilios Tzaferis, 1936 – 2015). Согласно В. Цаферису, стрельчатые арки свода кафоликона, известные в Сирии и Палестине начиная с VII века, однозначно указывают, что храм возведён до прихода на Святую Землю крестоносцев, т. е. до XII–XIII вв.

В храме можно видеть мозаичное покрытие, относящееся к двум эпохам: обнаруженные в протезисе и дьяконнике фрагменты пола церкви византийского времени (около VI века), и покрывающую почти весь кафоликон отлично сохранившуюся мозаику XI века. Рисунок мозаик во многом совпадает, что говорит о стремлении мастеров XI века восстановить древний орнамент. Можно считать, что перед нами одна из последних на Святой Земле работ, выполненных в оригинальной византийской технике.

Обойдя иконостас слева, можно попасть в маленький придел, посвящённый Животворящему Кресту. Над местом, где по преданию росло дерево, устроен небольшой алтарь. Оформление придела проведено в XIX в.

С конца XVII века монастырь постепенно отходит к греческому Иерусалимскому Патриархату, поскольку захваченная персами, а позже турками Грузия больше не могла поддержать обитель денежными средствами и насельниками.

В 1855 г. в монастыре открывается патриаршая теологическая школа (семинария), и комплекс вокруг храма перестраивается. В настоящее время в бывшем монастыре расположена гостиница для паломников, а в храме устроен маленький музей, где, в частности, есть дары от бывшего президента Грузии М. Н. Саакашвили.

Интерьер храма

ПРИЛОЖЕНИЕ. ИСТОРИЯ ГРУЗИНСКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ СОБСТВЕННОСТИ В ИЕРУСАЛИМЕ (согл. иерусалимскому археологу и историку Я. Чехановец)

Начало расцвета грузинской колонии Иерусалима датируется первой третью XI в., когда грузинское царство объединяется под властью династии Багратиони.


Место, где росло дерево, из которого был изготовлен Честной Крест

Цари Георгий (1014–1027), Баграт IV Курапалат (1027–1074) и его мать, принявшая иночество царица Мария, вносят свою лепту в восстановление Храма Гроба Господня, разрушенного по указу египетского халифа эль-Хакима в 1009 или 1010 гг., и отстраивавшегося византийскими императорами. В то же время грузинами восстанавливается и Крестовый монастырь, ставший духовным центром грузинской общины Палестины

На протяжении XII – начале XIII в. Грузия играет важную роль в мировой политике. При царе Давиде Строителе (1089–1125) она поддерживает дипломатические и союзнические отношения с соседней Византией и с Иерусалимским королевством крестоносцев. После разгрома крестоносцев царица Тамара (1184-–209/1213) и её преемники сохраняют тесную связь с Иерусалимом, облагораживают Крестовый монастырь, приумножают монастырские земли. В XIV–XVI вв. грузинская община процветает. В непростые времена, когда паломничество было затруднено, а христиане Палестины подвергались бесконечным поборам, грузинским монархам удалось упрочить свои позиции на Святой Земле. Ряд договоров, заключенных иверийскими царями с мамлюкскими султанами в XIV–XVI вв., оговаривал особые права грузинской общины. По мнению ряда грузинских исследователей, немалую роль в добрых отношениях с мамлюкскими правителями сыграло кровное родство: многие мамлюки были родом с Кавказа, а то и из самой Грузии.

Игумен Крестового монастыря считался главой грузинской церкви на Святой Земле, в его ведении находились отписанные монастырю земельные владения. Документальные свидетельства, в том числе и записки паломников из разных стран, позволяют установить, что в различное время с XIV по середину XVI вв., не считая отдельных частей Храма Гроба Господня и Крестового монастыря, грузинам принадлежало до пятнадцати иерусалимских церквей и монастырей, мужских и женских. В грузинском владении находились приделы в Вифлеемском Храме Рождества, в иерусалимской Гефсимании и в монастыре Св. Екатерины на Синае.

По словам иерусалимского археолога Я. Чехановец, первый список грузинской собственности был составлен кутаисским епископом Тимотэ Габашвили, побывавшим на Святой Земле в 1757–1758 гг. В дальнейшем, список неоднократно дополнялся, причём локализация нескольких церквей до сих пор остается спорной. Из-за бурного прироста грузинской земельной собственности в Иерусалиме из Грузии в Иерусалим переселили несколько десятков крестьянских семей «церковных крепостных». В их обязанности входила защита грузинского церковного имущества и обработка монастырских земель. Значительные средства на нужды грузинской колонии собираются и в самой Грузии.

С середины XV в. положение Грузии кардинально меняется. После падения Константинополя в 1453 году страна остаётся единственным христианским государством Востока, со всех сторон окруженным мусульманскими державами. Еще недавно мощное Грузинское царство раздирают междоусобицы. Единая страна раскалывается на семь частей: Картлийское, Кахетинское и Имеретинское царства и четыре самостоятельных княжества. По договору 1555 года Грузия оказывается разделенной на сферы влияния между Османской Турцией и Персией.

Первая половина XVII в. знаменуется чередой персидских нашествий шаха Аббаса I Великого (Abbās I of Persia, 1587–1629) на Кахетию и Картли. Целые области страны были разорены, сотни тысяч людей угнаны в плен, над грузинским народом нависла опасность насильственного омусульманивания. Правда, согласно другим источникам, правитель отличался относительной веротерпимостью, причём к христианам относился лучше, чем к парсам и евреям, а суннитов преследовал огнём и мечом.

После покорения Тифлиса по его поручению в городе, напротив друг друга, были построены мечеть для мусульман и церковь для христиан. Для материального обеспечения этих храмов он приписал к ним по сорок лавок, а над входом в мечеть повелел написать:

«Прошу тех царей – магометан, которые после меня будут в этом городе властвовать, чтобы они защищали права соседней церкви».

Над церковью же по его повелению была выгравирована надпись:

«Прошу царей-христиан, которые здесь будут владычествовать, защищать из уважения ко мне права соседней мечети».

Меняется положение дел и на Святой Земле. С 1517 года Палестиной владеют турки-османы, постепенно пересматривающие политику по отношению к христианскому меньшинству. Налоги ужесточаются, паломничество становится все более и более сложным предприятием. Не хватает монашествующих, многие монастыри и церкви приходят в запустение. Греческая Патриархия пытается получить у султана разрешение на управление всей православной собственностью в Иерусалиме, включая грузинскую и армянскую. В 1606 году султаном Ахмедом I (Aḥmed I, 1603–1617) подписан фирман, закреплявший за каждой из сторон право на управление её угодьями и монастырями. В списке греческой собственности указаны двадцать три монастыря – шесть иверийских, семь сербских, четыре абиссинских и еще шесть греческих, а насельники монастырей взяты под покровительство Греческой Церкви. В частности, как иверийские упомянуты: Крестовый монастырь, «Яблочный монастырь» в Армянском квартале, Св. Иакова в атриуме Храма Воскресения Христова, Св. Илии («Мар Элиас») на пути в Вифлеем, Св. Николая и Св. Димитрия в Христианском квартале. В списке греческих монастырей, без всяких примечаний и пояснений, фигурируют три грузинских: Св. Георгия в Еврейском квартале, Св. Екатерины и Свв. Феодоров в Христианском квартале. Выдача этого фирмана возмутила «насильно облагодетельствованных» греками. Абиссинцы заявили, что для них приемлемо только покровительство единоверцев – армян. Православные сербы и грузины апеллировали к Константинополю, заявляя, что у них на родине есть свои собственные Патриархи, и потому и в Иерусалиме они не нуждаются в греческом духовном руководстве. Претензии их через некоторое время были удовлетворены, однако вскоре и сербская, и грузинская общины были вынуждены уступить свое имущество грекам.

Следующие турецкие фирманы «де юре» закрепили на бумаге фактическое положение дел. Грузинской церковной собственностью, брошенной и запущенной, всё равно пришлось заниматься грекам. Опасаясь, что опустевшими церквями и монастырями завладеют мусульмане, католики или армяне, Греческая Патриархия делает все возможное, чтобы освободить грузинское имущество от долгов. После воцарения в Картли выросшего при дворе шаха Аббаса I и принявшего ислам царя Рустама (Ростом-хана, урожд. Ростома Багратиони, 1632–1658), когда в Грузии наступают мирные времена, предпринимается последняя попытка поправить дела Грузинской Церкви на Святой Земле и сохранить хотя бы Крестовый монастырь.

В 1643–1649 гг. настоятелем монастыря был Никифор (в миру – Николай Ирубакидзе-Чолакашвили), который решает во что бы то ни стало восстановить комплекс. Основные средства в память о своей супруге Дареджан дал мингрельский князь Леван Дадиани. Ремонт продолжался полгода. Старые фресковые росписи храма подновили, где-то прописали тщательнее, а где-то освежили краски. Новой темой росписей XVII в. становится задуманная Никифором серия портретов. Хорошо знавший историю своих предшественников на Святой Земле, Никифор воссоздает в росписях историю монастыря, представленную тремя яркими эпизодами

Первые христианские правители Грузии, цари Мириан и Вахтанг Горгасали, знаменуют собой основание грузинских святынь Иерусалима в IV-V вв., а Петр Ивер – начало грузинского монашества в Палестине.

Свв. Евфимий и Георгий Святогорцы, афонские подвижники XI в., благословившие Св. Прохора (Шавтели) на восстановление монастыря в 1046 году, и грузинский царь Баграт IV Курапалат, выделивший на строительство деньги, символизируют второй, самый важный период истории обители.

Третий ряд составляет галерею современников Никифора. Это князь Дадиани и другие ктиторы (церковные старосты) монастыря: Григорий Арсенавр с сыном, Иоанн Гурули, Гавриил Патрадзе и Теодосе Манглели. Портреты этой серии малы по размерам (как и положено ктиторским изображениям). К этому ряду стилистически примыкает неоднократно уничтожавшееся изображение Шота Руставели. Грузинский поэт, удалившийся от дворцовых дел и, по легенде, проведший последние годы жизни в Крестовом монастыре, показан коленопреклоненным между фигурами Иоанна Дамаскина и Максима Исповедника. Над фигурой – надпись:

«Господи, помилуй Шота, украсившего эту церковь. Аминь. Руставели»

Портрет Шота Руставели (?) между изображениями Максима Исповедника и Иоанна Дамаскина

Исторические и церковные деятели трех различных эпох, непосредственно связанные с историей Крестового монастыря, создают некий замкнутый охранный круг, ограниченный пространством храма. Композиция в целом, по-видимому, должна выражать идею законности прав грузин на Крестовый монастырь. Та же мысль прочитывается и в надписях, сохранившихся на мраморных плитах алтаря и на бронзовом круге омфала:

«Стойте твердо и непоколебимо, и поминайте меня, грешного настоятеля Крестного, Никифора-Николая. 1643»

Прошло еще тридцать лет, и положение Крестового монастыря стало катастрофическим. Помимо внешних факторов – давления османских властей, тяжких налогов, отсутствия должной политической и материальной поддержки из Грузии, – оно усугублялось и неумелым руководством. За вторую половину XVII в. через монастырь прошла целая череда неудачных настоятелей. События этого времени описаны в серии посланий, написанных упомянутым Патриархом Иерусалимским Досифеем II.

Блаженнейший Патриарх Святого Града Иерусалима и всея Палестины, в то время постоянно пребывавший в Константинополе, посетил Грузию в 1689 году, стремясь собрать средства на уплату долгов иерусалимских монастырей. Основная часть его посланий посвящена пастырскому наставлению и утешению единоверцев: народа, царя и Католикоса (Патриарха) Грузии. Из писем следует, что грузинская связь с Иерусалимом не прерывается окончательно, ко Гробу Господню идут паломники, но их некому встретить и негде разместить, и бремя содержания грузинской церковной собственности ложится на греков. Разбирая, каким образом грузинские владения оказались в плачевном состоянии, патриарх пишет о череде «негодных игуменов» Крестового монастыря, начиная с настоятеля Николая Амилахвари (с 1675 г.):

«С тех пор приходили в Иерусалим в монастырь Креста игумены нехорошие, и ввели его в долги. (…) Если же в Иерусалимском Крестном монастыре игуменом должен быть ивериец, то пусть пришлется благочестивый, а с ним дьяконы, пресвитеры и прочие, дабы научились они послушанию, благочестию и посту. (…) В Иерусалим прежде приходили малолетние иверийцы и в монастыре воспитывались, и делались священниками…»
Monastery of the Cross 033
Колокольня монастыря (XIX век)

Связь с Иерусалимским Патриархом, находящимся в Константинополе, практически была прервана – в окружении Патриарха не было ни одного грузинского монаха, или даже простого человека, способного перевести письмо. В послании к Патриарху Григорию Досифей, после обычных приветствий, пеняет:

«Ты пишешь многое; а кто нам переведёт то? Толмача у нас нет. Тысячу раз мы писали к вам, чтобы вы прислали к нам одного мальчика для обучения и для переписки с вами, но вы этого не сделали».

Видимо, на этот раз совместные усилия, предпринятые греческой и грузинской стороной, увенчались успехом. Грузинские правители сумели изыскать определенные средства, и сборы, организованные Иерусалимской Патриархией в грузинских городах, вместе с деньгами, пожертвованными греками, позволили расплатиться с долгами. В 1706 г. Патриарх отправляет в Грузию еще одну грамоту, получившую славу «расписки за Крестовый монастырь». Обращаясь к «христолюбивым иверийцам», Патриарх заявляет:

«…возвращаем как монастырь Честного Креста, так и прочие: Св. Николая, Свв. Федоров, Св. Василия и Св. Георгия Еврейского, без долгов и свободные во всех отношениях…»

Но это уже, по-видимому, было последним свидетельством наличия грузинской церковной собственности в Иерусалиме: страна была истерзана нашествиями турок, персов, лезгинскими набегами и междоусобными разборками.

Из грузинских правителей этой эпохи заслуживает внимания царь Вахтанг VI (Vakhtang VI of Kartli, 1711–1724). Уступая обстоятельствам, он принял ислам, но в течение всего царствования заботился о христианстве. Разбитый османами, Вахтанг покинул отечество и в 1724 году удалился в Петербург, а турки между тем овладели Грузией и объявили её турецкой провинцией. Как отмечал в книге «Кавказская война» военный историк XIX – нач. XX вв. Василий Александрович Потто (1836–1911):

«Как ни тяжело было для Грузии нашествие турок, но оно имело для нее и свои неоценимые последствия. Персы, утратив на время власть в стране, утратили навсегда нравственное влияние, и 1729 год – год объявления Грузии владением турок – кладет конец царям-магометанам… Персия должна была понять…, что для сохранения своего влияния в Грузии ей приходилось уменьшить свои притязания, и когда Надир-шах рядом блистательных побед отнял у турок все их завоевания, он в 1744 году назначил в Грузию уже христианских царей: Теймураза II – в Картли, а сына его, Ираклия II, – в Кахетию. Теймураз, имевший резиденцию в Тифлисе, первый восстановил древний обряд миропомазания и короновался в первопрестольном городе Мцхете»

Ранее, в том же источнике, говорится, что

«было гораздо больше стремлений получить престол, чем отказаться от него; и получить, и потерять царство по интригам при дворе персидском стало делом обыкновенным. Так, царь Теймураз кахетинский, успевший после смерти шах-Аббаса соединить (1629) под своим скипетром Кахетию и Картли, скоро теряет и ту и другую, опять возвращает наследственный престол и опять изгоняется магометанскими претендентами, успевающими выпросить себе у шаха утверждение на царствование в Кахетии. Не лишнее прибавить, что в тяжелые времена изгнания Теймураз неоднократно обращался за помощью к России, даже ездил в Москву, но Россия сама вела войны со Швецией и Польшей и не могла помочь далекой Иверии».

Тимотэ Габашвили застал Крестовый монастырь уже в греческом владении. Грузия не могла обеспечить обитель необходимыми средствами и насельниками.

В конце XIX в., с укреплением позиции Русской Православной церкви на Святой Земле, возник вопрос о возвращении монастыря России, поскольку Грузия с 1801 года, согласно указам императоров Павла I и Александра I, находилась в составе Российской империи.

Возможно, чтобы пресечь разговоры о передаче собственности, усилиями греческого Иерусалимского Патриархата монастырь был отреставрирован, и в стенах его была открыта патриаршая школа (духовная семинария, 1855). Это учебное заведение просуществовало до 1908 года, пока не было закрыто из-за недостатка средств. Остатки монастырской библиотеки были перевезены в книгохранилище Греческого Патриархата в Старом Городе, и полутора тысячелетнему грузинскому церковному присутствию на Святой Земле пришел конец.

Monastery of the Cross 031
Крестовый монастырь

Источники:

1. Вахтанг Горгасали. Православная энциклопедия. – http://www.pravenc.ru/text/149955.html
2. Житие Константина и Елены. Из неизданного жития Константина и Елены список церквей, постройка которых приписывается Елене. Пер. В. Г. Васильевского. По изданию: Повесть Епифания о Иерусалиме и сущих в нем мест. Приложение III // Православный палестинский сборник. Вып. 11. СПб. 1886. – (http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/Byzanz/IV/320-340/Vita_constantin_elena/text.htm).
3. Житие Петра Ивера, подвижника и епископа майюмского V века // Православный палестинский сборник. Вып. 47. СПб. 1896. – http://www.krotov.info/acts/09/dam/petr_iver_2.htm.
4. В. А. Потто. «Кавказская война» (в 5–ти томах). Том 1. Эпоха персидского владычества в Грузии (Шах–Аббас). – http://www.vehi.net/istoriya/potto/kavkaz/22.html. Дата обращения: 19 июня 2014 г.
5. Православный календарь. 12 февраля. Свв. Прохор Грузин (X), Лука Иерусалимский (1277), Николай Двали (1314) и другие мученики и преподобные, жившие в Грузинских монастырях Иерусалима. – http://www.holytrinityorthodox.com/ru/calendar/los/February/12-08.htm.
6. Я. Чехановец. «Имение крестного монастыря они захватили…». Грузины в Иерусалиме в XVI – XIX вв. // Иерусалимский православный семинар. Выпуск 2. – М.: Индрик, 2011. – стр. 57–68. – ISBN 978–5–91674–141–4.
7. Ibrahim Matar, Turning Palestine into Earth, in This Week in Palestine, Issue No. 169, May 2012, pp. 44 – 47. – http://archive.thisweekinpalestine.com/details.php?id=3705&ed=206&edid=206.
8. John Rufus. The Lives of Peter the Iberian, Theodosius of Jerusalem, and the Monk Romanus. Eds. Cornelia Horn, Robert Phenix Jr. Leiden: Brill, 2008. 463 pp. – http://www.sbl-site.org/assets/pdfs/onlinebooks/PDF/OnlineBooks/HornPhenix.pdf
9. Land of the Promise, June 2010. – http://i-tau.com/wp/wp-content/uploads2/LP/LPJun10.pdf.
10. Vassilios Tzaferis, The Monastery of the Holy Cross in Jerusalem, E. Tzaferis SA for the Greek Orthodox Patriarchate of J-m, 1987, 88 pp.
P. S. Автор благодарит грузинского историка д-ра Виссариона Хурцилаву (Besik Khurtsilava) за предоставленную информацию и фотографии

4 thoughts on “Крестовый монастырь (Monastery of the Cross)

Добавить отзыв